My · Present · Simple

Издательскому дому "Коммерсант" 20 лет. Запустили специальный прект - 20 историй "Коммерсанта". Двадцать лет – двадцать историй. Обычные сюжеты из тех, что появлялись вовсе не на первой полосе. Тем необычнее их перечитывать сейчас. И всё это так хорошо, по-коммерсантовски остроумно и в меру язвительно. Профессионально, критично, а особенно, тепло и по-домашнему. Это даже не Парфёновские книжные "Намедни", не сладкое умиление и ностальгия, не работа над ошибками - это повод почитать и улыбнуться.

Бонус: Ещё вот старенькое, но сижу и ухахатываюсь. Руководство для руководителей по подчинению подчиненных, иллюстрированное примерами из рабочей практики президента РФ В. Путина

(речь перед выпускниками Дармутского колледжа в июне 1989 года)

Значительная часть того, что вам предстоит, будет востребована скукой. Причина, по которой я хотел бы поговорить с вами об этом в столь торжественный день, состоит в том, что, как я полагаю, ни один гуманитарный колледж не готовит вас к такой будущности; и Дармут не является исключением. Ни точные науки, ни гуманитарные не предлагают вам курсов скуки. В лучшем случае они могут вас познакомить со скукой, нагоняя её. Но что такое случайное соприкосновение по сравнению с неизлечимой болезнью? Наихудший монотонный бубнеж, исходящий с кафедры, или смежающий веки велеречивый учебник — ничто по сравнению с психологической Сахарой, которая начинается прямо в вашей спальне и теснит горизонт.
( Read more... )

Перевожу статьи из the Financial Times. Так вот один пишет тут, что саксофонист на джазовом фестивале играл "как будто он посетил далёкую галактику и вернулся с секретом вечной молодости". Хотелось бы послушать, хаха.

К аккуратному и бережному чтению в своё время меня приучила моя милая Циала Георгиевна, которая из разряда преподавателя русского языка и литературы окончательно перешла в разряд друзей (выделяясь, между тем, среди всех прочих своим возрастом и мудростью. Нет, мудростью, а потом уже возрастом). Так вот, некогда мне было совершенно непонятно, зачем читать книжку с карандашиком в руке, когда главное - это наслаждаться круговоротм смыслов и образов, которые возникают в голове, утвердительно кивать головкой в знак согласия с тем или иным высказыванием автора? Тогда я ещё уповала на свою память и верила непременно в то, что самое важное и значимое остаётся в голове и всплывает в нужные моменты. Как оказалось позднее, всё было обманом. В голове оставалась только мысль: "Да-да, я что-то такое читала. Где же? Когда?". Короче совсем неутешительные мысли оставались, да.
Я это к чему? Если ты ещё не там, то добавляйся быстрее. Хранить названия книг прочитанных, искать желаемые, писать рецензии и хранить цитаты. Очень удобно, чрезвычайно полезно. 
http://www.livelib.ru/

Я очень жестоко и отчаянно врала тебе, когда говорила, что отдохнула хорошо, возвращаясь из всех своих предыдущих путешествий. Теперь же я пушистая и нежная, радостным голосочком заявляю: "Я отдохнула хорошо". Да что уж там, я так хорошо отдохнула, так невообразимо хорошо, что я даже не очень устаю об этом говорить. 
Быть может, это связанно с тем, что раньше мне и отдыхать-то не хотелось. Хотелось сменить обстановку, хотелось золотых плеч, солёного моря, каменных столиц и чтобы уборщица заправляла за мной кроватку. А тут такое дело. Три черных месяца лета, когда ты всем своим милым злобным существом чувствуешь, что тебя ебашит дубина с чугунным набалдашником по голове и по мизинчику на левой руке - тут уж как не захотеть? Депрессии там всякие, ай хэйт майселф, ай уонт ту дай, ну и всё такое.
Страна. Черногория (Montenegro - как красиво звучит!) страна маленькая и не очень богатая. Но если плеваться от того, что на завтрак ешь сосиски, по номеру ползают муравьи, а Подгорица похожа на бетонный советский городще, то дураки вы, а не люди. Потому что горы, Адриатическое море, да и вообще рай и красота.
Моряки. В том прелестном кафе на песке официанты ходили в тельняшках. На каждом шагу - ресторан Капитан, а на афишах Sailor party. Я фотографировалась с якорями и штурвалами, на фоне огроменного корабля и десятков лодочек. И только и знала, что напевала "А вы по карману только капитану, а для Петьки-морячка не зажгете маячка".
Горы. Я негодовала всю поездку. Как же так можно влюбиться по уши в высокие, могучие, чернявые горы и бояться их до полусмерти, доезжая 25 серпантин? Это всё как со стюардессами выходит. Вроде ниче телки-то, но в самолётах летать страшно. А если серьёзно, то это что-то невообразимое, когда плывешь в бассейне (в центре цивилизации, так сказать), а вокруг возвышаются эти каменные штуки. Была бы пятилетним мальчиком, можно было бы без зазрений совести описаться в этом самом бассейне.
Ром. Мы пили ром в номере утром. Мы пили ром с мини-капитаном на пляже - с циновками, ночным купанием, разговорами про Косово, Путина и опасную профессию журналиста. Мы пили вазами мохито xxl - на кубинских вечеринках под пение настоящего ансамбля красной Кубы, под собственный вой "Бармен, два мохито! Грациа, браза" новым знакомым.
Смыслы. Сидишь в холодном номере со стаканом Малибу и Вудхаусом в руке. Встречаешь вечернее солнце у бассейна, дочитывая Хэмингуэя, проплывая дорожку в холодной воде. Сидишь недвижимо в шезлонге в пляжном кафе с красным (а перед тобой небо синее, море чудное, пирс, луна - пошло, но божественно ей-богу!). Танцуешь сальсу в летнем сарафане - подпевать умудряешься. Пьешь наконец-таки вкусные 0,33 в English pub под Эми Вайнхаус (да не люблю я её, ну да черт). Сербский поэт читает Лермонтова и письмо Татьяны на русском в конце пьяной ночи. Любуешься на старый город в небольшом кафе на башне с бутылкой традиционного черногорского и best rock ballads. Понимаешь, кажется, всё.
Книги. Пришлись все по вкусу. Нет, не так сухо. Давно не читала так много прекрасных сразу. "Униженные и оскорблённые" Достоевского, которые ушли за один день, ответили на самые последние вопросы, чуть ли не нарисовали ролевую модель. "Прощай, оружие" Хэмингуэя подарила еще одну в список любимых книг, нарисовала какой-то идеал. Э. Хэмингуэй - главное открытие для меня. Вудхаус был мил, но не более. "Не позвать ли нам Дживса" оказался не так хорош, как другие романы.
Попутчица. Не поссориться ни разу - это, знаете ли, между девочками вообще что-то с маслом. С сестрой-то всё ясно, а К. оказалось прекрасной, веселой, умной, а главное, адекватной девушкой. Готова рисовать ей сердечки на пятках, ага.
Сейчас - обычная Пермь. которая хочет навалиться на меня и забрать всю эту радость обратно. Я напомню, у меня этак впервые, чтобы медленно и уверенно сходить с ума от 12 дней, проведенных вне дома. Впереди универ, сентябрь, который сулит много интересного и нового (а может и вся осень будет такая же, ху ноуз). У меня в голове и в стучащем органе слева много планов, желаний, сил, надежд и всего прочего. И я, мои милые сраные уроды, буду бравым солдатом и очень сильно постараюсь, чтобы всё было вэри гуд.

Вехи: горы, Vranac, мини-капитан из Косово Бекки, куба, облако мудрости, мохито, мамочка, десантура, ночная маргарита, моряки, яхта 007, олямогубезалкоголя, летние дни рождения, "Давай поженимся!", вечер красных платьев, ночной ром на пляже.

Совершенно случайно сегодня попала на спектакль для больных раком детей в местном онко-центре. Все актёры - собаки, всё действо на свежем воздухе. Сказка "Теремок", как никак. И всё очень неумело, неуклюже, но так мило, так радостно. И дети кричат, что пустят, конечно, в теремок Собаку-комарика с воздушным шариком. Спектакль закончился, а актёров можно погладить, повыгуливать, покормить - вам такого и не снилось. Публика - детки в повязках, мамы и молодые медсестры. Журналистов немного. Мероприятие, на сколько известно, не проплаченное очередным жирным дядькой-депутатом. 
А вы говорите, все козлы и свиньи вокруг.

Этим летом невообразимо везёт (везёт?) на традиционные пермские мероприятия. Вчера вновь выбрались за пределы города, чтобы понять, что есть Пилорама 2009. 
От автомобильной стоянки 2,5 километра до пункта назначения пешком. Идешь по грязи, тащишь на себе бутерброды, помидорки и яйца на весь день. Встречает коричневая поляна и с десяток людей, желающих выхватить халявных дров. 
Порадовала интересная программа – вот тебе и выставки водочных и винных этикеток, вот тебе документальные фильмы, открытые дискуссии, бабки, поющие песни а-ля «Играй, гармонь любимая!». Огорчили программки – 20 рублей за штучку или тащись каждый раз к стенду с расписанием. Направились к главной сцене за Шевчуком. Слава богу, пламенной любовью не пылали, оттого не толкались в толпе, сражаясь с капающими зонтами, а посидели вдали, послушали кое-чего. Шевчук хорош. По мне, конечно, лучше Иван Васильев с его замечательной игрой на трубе. Отсмотрели фильм «Вера Мухина. Испытание», послушали дядечек по поводу «Криминализации и милитаризации частной и публичной жизни в России». 
С погодой – как всегда. От дождя спасались чаем с виски, квасом и пивом. Сидели, смеялись, ребята милые. Под вечер погода наладилась. Друзья провели персональную экскурсию по музею. Благо, учатся на истфаке, на практике всю Пермь-36 изучили. Строгий режим, особый режим, ШИЗО. Экскурсия без занудства и «обратите внимание на право». Самое важное, человеческое, с перебежками на истории и свои учебные воспоминания.
Вокруг толпы людей, с интересом взирающие на выставленные экспозиции музея. Тетки, улыбающиеся фотоаппаратам на фоне камер штрафного изолятора и колючей проволоки. Важные люди с бэйджами «Пресса», напоминающие постоянно, что я – гавно: даже практику как человек не могу пройти. Много молодых, уверенных, что это всё –очередной рок-фестиваль, а значит, повод выпить всем известное количество пива и пьяно голосить попсятину рядом с экспозицией о комплексе концлагерей «Аушвиц». Казалось, вся территория делилась на две части. В одной части ходили правозащитники, важные дядьки-тетки и просто интересующиеся гости форума. В другой – ползали любители палаток, природы и пива «Рифей». Каждому своё, главное – не кантовать.

Лимонов явился в куртке цвета лимона. Или это был намёк на Маяковского с его желтой рубахой, черт знает. Дядька славный, старый и зиги не выкидывает. Отшутился, негодовал на то, что политику и литературу смешивают, попросил не отравленной воды и начал.
Знакомится с творчеством поэта лучше всего на встрече с поэтом. Типа из рук в руки, из уст в уши. Только если этот самый поэт не активный политический деятель и раздражитель общественных масс. Слушать было невозможно: народу уйма, дальняя половина зала журчит, перешептывается, перешучивается. Ребёнок откуда-то взявшийся голосит. Лимонов - борец, революционер - на трель масс внимания не обращает, декламирует своё - кричи - не кричи ты, а он своё дело не прекратит. К счастью или нет, ху ноуз? Под конец явились нетрезвые молодые люди, которые по ту сторону баррикад. "Марат, нам нужна другая культура", конечно, не скандировали, но "Уйди, гавно" всё же сказали пару раз.
Читает стихи. Кое-что запомнилось. Смотрю на него, может ли этот человек, с виду дельный и простой, иногда даже приятный, делать то, что делает?
Поддерживать его сложно. Провокации, радикальность, НБП и американские пидорасы - ну к черту. Но ощущение того, что такое бельмо на глазу необходимо, не покидает. Да и юмор часто хорош: "Из Лондона. От Сатаны"))
Самое правильное сидеть и наблюдать, кто тут ради интереса, кто поклонник. Одни вдохновенно слушают, другие - и рук не поднимут аплодировать. Интересно встретить некоторых знакомых, еще лучше неожиданных людей, улыбающихся и подсаживающихся поближе.
Пермь в очередной раз растрясли. Показали известную мордашку, замутили тухляцкий митинг, распродали "н"-ое количество книжек.
Ура, чё. 

Когда каждый третий мечтает сбежать от быта и пыли больших и маленьких городов, запрыгнуть в машину и мчаться вдоль южных равнин Америки, стоит ли лишний раз говорить, что Керуак и его "В дороге" - прекрасны?
И дело даже не во всех этих наркоманских прибамбасах. Просто когда читаешь книгу, когда откладываешь ее (ну ей богу, не для красного словца), тебе все чаще кажется, что многие вещи, рассказы, истории твоих простых друзей - это же тоже что-то из той жизни. И переходы из одного состояния в другое, прыжки с одной волны на следующую становятся легче без всяких ваших алкоголя и транков. Просто летишь, усевшись на заднем хорошей американской тачки. Ты там же, но и здесь тоже.
Самое сладкое - третья четверть книги. Кода Керуак еще на пределе, в бездне наркотических видений, в тумане всех этих будоражащих слов о ночах, ласковых девчонках, поэзии и сумасшествии. Когда неуловимые истины проносятся мимо, замедляя свой ход буквально на несколько строк.
керуак волшебный, потому что обычный человек не выразит музыку словами. А тут страница за страницой про "боп", про то, что он творит в душе человека. В определенный момент кажется, что вся эта книга и есть джазовая мелодия. Дорога - мелодия; остановки, смена направлений, безудержные денверские ночи и новые знакомства с безумцами - импровизации талантливого музыканта, благодаря которым - весь сок моей любимой музыки.
Знаю-знаю, Америку можно не любить, можно плевать, можно боготворить. Но остаться равнодушным к стране, которая породила битников, философов и поэтов, пьяниц и талантов вроде Керуака - просто безумство.

Два сумасшедших дня, не похожие ни на что, что происходило со мной раньше. Сумасшедшие, к слову, не всегда со знаком плюс.
Летняя практика на журналистике - это эксплуатация труда студентов в местных городских газетах. Эксплуатация, нужно сказать, не всегда со знаком минус. Так или иначе, в минувшие выходные я была отправлена на (атата!) Рок-лайн 2009, поближе к пьяным в усмерть оркам, кочегарам и иже с ними. (Пронюхав профессию) поругавшись с охранниками в начале первого дня началось наше неусыпное бдение. Грохочущая сцена, пьянствующие девятиклассники и безмерно пьянствующие журналисты. (Кстати, алкоголь у прессы по нормальным ценам, не то что в палатках для простых смертных, и туалет, разумеется, заблеванный, но бесплатный). В такой примерно атмосфере ждали хэдлайнеров - горячо обожаемых мною Ляписов. И дождались, о да. Я не знаю, как это все превратить в буквы, но эмоции были тааааакими, Серожа и Паша были такиииииими. Всё было более чем прекрасно. Более чем более, дадада. Исполняли в основоном новый альбом (что, впрочем, не помешало голосить все слова наизусть, мне моим дэвочкам, толпе аккридитованных журналистов и организаторов). Представить сложно, что было за оградой, ухх. Потом что? Потом бегом в машину - через полчаса Ляписы в Брудершавте. Бокал холодного нефильтрованного, сухая одежда, старые песни, толстые мужики размахивают бокалами, мы пляшем под Керчь, раза два вызывали на бис. "Всё, ребята, харэ отработали лавэ". Поехать бы за ними в Ёбург. Все радостные вываливаемся на улицу, стоим не знаем что делать с этими чудесами, ах. Ну уж очень были хорошо, сильнее МТ.
Следующий день. В голове "Рамонки" играют всё еще. жду адский ливень, который, как выснилось позже, разнес полсцены на Бахаревке. Едем на рок-линейку. Там подлетает какая-то питерская группа, дарит альбом, говорит, что они классные и они в ротации на музтв и (!) рутв. Поговорили кое с кем, решили почему-то ждать закрытие, Галанина. Пили немного бесплатного пива по талонам, было грустно, устало, раздражительно. Около двенадцати дома. Вся работа еще впереди, хочется только спать и главное не думать ни о чем. Полночи что-то выдавливаю, сумбурное и тошнотворное. Разговоры грустные и дружеские веду. Засыпаю несчастной.
Получилось что-то плохое, как очередная песня пидарастической группы "Бис". Не хочется ничего, всё возвращается на свои места. Уныние и жуткие гоны в перемешку всё с теми же старыми воспоминаниями.

День на день не приходится. Вот тебе Серожа Михалок прыгает, что есть мочи, вот тебе неузнанный Паша Булатников танцует с бубном, аххх. Вот уже сыплется плохое настроение и неудовлетворенные желания.
Таки дела, спасибо.